C 1999 года | Twitter: @CISGinRussia | напишите нам
Венская конвенция о договорах международной купли-продажи товаров, 1980 г. — CISG
Навигация
- главная
- текст →
- скачать
- история принятия
- вступление в силу
- структура
- основные положения
- комментарий
- судебная практика
- библиография
- контракт
- МЧП
Факты
Принята: 11.04.1980 в Вене
Вступила в силу: 01.01.1988

Для стран вступила в силу:
Россия — 01.09.1991
Украина — 01.02.1991

Действует в: статус
Статей: 101 и преамбула

По-английски: СISG
По-немецки: UN-Kaufrecht
По-русски: КМКПТ

Официальные языки:
английский, арабский, испанский, китайский, русский, французский

Текст еще: немецкий, украинский
Основные понятия
- коммерческое предприятие
- междун. купля-продажа
- разумный срок
- существенное нарушение
- товар
- убытки
Наши проекты
- CISG-Library
- CISG: 20 лет
- CISG: 25 лет
- CISG: блог (тех. работы)
- vis.cisg.ru (тех. работы)

Ст. 9 [Обычаи и практика взаимоотношений сторон]*

часть: 1
глава: 2
раздел: -
1) Стороны связаны любым обычаем, относительно которого они договорились, и практикой, которую они установили в своих взаимных отношениях.

2) При отсутствии договоренности об ином считается, что стороны подразумевали применение к их договору или его заключению обычая, о котором они знали или должны были знать и который в международной торговле широко известен и постоянно соблюдается сторонами в договорах данного рода в соответствующей области торговли.

В настоящее время мы ведем работы над составлением комментария к отдельным статьям Конвенции. Впервые такие работы были начаты еще в 2006 году, с течением времени приостановлены и возобновлены в 2013 году. В состав постатейных материалов входят:

Мы будем рады вашим советам и рекомендациям, а также сотрудничеству при составлении комментария. Ждем ваших сообщений по адресу red@cisg.ru.

1. Комментарий к ст. 9

1) Стороны связаны[1] любым обычаем[2], относительно которого они договорились[3], и практикой, которую они установили в своих взаимных отношениях[4].

2) При отсутствии договоренности об ином считается, что стороны подразумевали[5] применение к их договору или его заключению обычая, о котором они знали или должны были знать и который в международной торговле широко известен[6] и постоянно соблюдается[7] сторонами в договорах данного рода в соответствующей области торговли.

[1] Действие обычая

Представляется, что, с учетом
ст. 6 Конвенции, иерархия норм, регулирующих отношения сторон, выглядит следующим образом: наивысшей силой обладает сам договор, затем - применимые обычаи, затем - Конвенция. (см. Бергстена, "Basic Concepts of the UN Convention on the International Sale of Goods").

Вопрос действительности обычая не входит в сферу регулирования Конвенции (см. п. (a) ст. 4 Конвенции) и относится к национальному праву, Конвенция регулирует лишь применимость обычаев к регулированию отношений сторон (см. UNCITRAL Digest of case law on the United Nations Convention on the International Sales of Goods, A/CN.9/SER.C/DIGEST/CISG/9, para. 2).

[2] Понятие "обычая" по Конвенции

Конвенция, в отличие от предыдущей попытки унификации торгового права, не содержит определения понятия "обычай" (в английском тексте - "usage"). По ст. 13 Гаагской Конвенции
"О единообразном законе о заключении договоров международной купли-продажи товаров" под ним понималась практика или способ ведения деятельности, которые разумные лица, находящиеся в той же ситуации, что и стороны, обычно считают применимыми.

Представляется, что в целях Конвенции русский термин был подобран не слишком удачно. Обычаем (чаще - "торговым обычаем" или "обычаем делового оборота") в российском праве, согласно ч. 1 ст. 5 ГК РФ, "признается сложившееся и широко применяемое в какой-либо области предпринимательской деятельности правило поведения, не предусмотренное законодательством, независимо от того, зафиксировано ли оно в каком-либо документе". При этом, в соответствии с ч. 5 ст. 421, "[е]сли условие договора не определено сторонами или диспозитивной нормой, соответствующие условия определяются обычаями делового оборота, применимыми к отношениям сторон" (разумеется, императивным нормам обычаи делового оборота также не могут противоречить - см. ч. 2 ст. 5 ГК РФ).

Таким образом, обычаи делового оборота являются субсидиарным источником российского права, то есть подлежат применению, если они прямо не исключены в силу закона или соглашением сторон (см. также: ч. 3 ст. 28 Закона РФ "О международном коммерческом арбитраже" от 7 июля 1993 N 5338-1; п. 4 Постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 1 июля 1996 г. N 6/8).

Обычай является первоначальным источником и международного права (см. напр. Оппенгейма, "Международное право", параграф 17 с последующими ссылками). В этом значении обычай соответствует английскому термину "custom" (см.напр. ст. 38 Статута Международного Суда на русском и английском языках; см. также определение "custom" в Legamedia International Law Dictionary).

Что касается понятия "usage", то принятым переводом является термин "обыкновение" (см. также определение "usage" в Legamedia International Law Dictionary). Основным отличием обычая от обыкновения является именно необходимость закрепления обыкновения в договоре, без чего оно не может быть к нему применено (см. напр. Рецензию Мусина В.А. на книгу И. С. Зыкина. "Обычаи и обыкновения в международной торговле").

Таким образом, собственно об обычае речь, по всей видимости, идет только во второй части настоящей статьи (см. также Цигеля, Report to the Uniform Law Conference of Canada on Convention on Contracts for the International Sale of Goods). Тем не менее, с учетом также того, что и в английской доктрине встречается смешение понятий "usage" и "custom" (см. напр. Donnelly v. Randalls Vautier Ltd. [1991] JLR 49), в комментарии как к настоящей статье, так и к иным положениям будет употребляться термин, закрепленный Конвенцией.

[3] Значение договоренности сторон

Очевидно, что, в случае, когда стороны договорились о применении обычая, он становится частью договора и к нему должны быть применены соответствующие правила (см. Эндерляйна / Маскоу,
INTERNATIONAL SALES LAW с последующими ссылками; Шлехтрима, "Commentary on the UN Convention on the International Sale of Goods (CISG)", Art. 9, para. 8).

Отсюда также следует отсутствие необходимости в критериях, установленных часть второй настоящей статьи: стороны могут прямо закрепить применимость местного обычая (UNCITRAL Yearbook. Volume VIII: 1977. A/CN.9/SER.A/1977, стр. 148, параграф 3; решение Oberster Gerichtshof, 21 марта 2000), который не обязательно должен быть широко известным (Oberster Gerichtshof, 15 октября 1998)

[4] Значение установившейся практики отношений сторон

Помимо прямой договоренности, стороны могут установить тот или иной обычай в своих отношениях путем практики.

Сама Конвенция не устанавливает, в каких случаях можно говорить об установившейся практике в отношениях сторон. Превалирующее мнение состоит в том, что для этого необходимо длительное время и большое число заключенных и исполненных договоров, в том числе несколько судов указали на недостаточность двух договоров купли-продажи (
Zivilgericht des Kantons Basel-Stadt Switzerland, 3 декабря 1997 и Amtsgericht Duisburg, 13 апреля 2000). Тем не менее, возникновение практики возможно уже на самом раннем этапе деловых отношений сторон, если, хотя это и не зафиксировано в самом договоре, во время переговоров о заключении договора было ясно, что одна из сторон готова заключить договор только на совершенно конкретных условиях (Oberster Gerichtshof Austria, 6 февраля 1996).

К такой практике могут, например, относиться: извещение о недостатках товара в течение определенного периода (см. п. 2 комментария к аналогичному положению 1.8 Принципов УНИДРУА), особый способ отправки сообщений (см. Шлехтрима, "Commentary on the UN Convention on the International Sale of Goods (CISG)", Art. 9, para. 7), быстрая доставка запасных частей или молчание в качестве акцепта в отступление от ст. 18 Конвенции (см. UNCITRAL Digest of case law on the United Nations Convention on the International Sales of Goods, A/CN.9/SER.C/DIGEST/CISG/9, para. 6)

[5] Подразумеваемые обычаи

Часть вторая настоящей статьи закрепляет применимость к исполнению и заключению договора обычаев, о которых стороны не договаривались, если такие обычаи известны или должны быть известны сторонам и если они широко известны международной торговле и соблюдаются в соответствующей ее сфере (см. п. 3
Комментария Секретариата к проекту ст. 9).

[6] Известность обычая

Согласно решению австрийского суда (см.
Oberlandesgericht Graz, 9 ноября 1995), известным в международной торговле может быть и национальный обычай, если он применяется к отношениям с иностранными партнерами.

В любом случае, по общему правилу, такой обычай должен быть широко известен в соответствующих деловых кругах если не всего мира, то, по меньшей мере, стран региона, где заключен договор купли-продажи(см. Эндерляйна / Маскоу, INTERNATIONAL SALES LAW; Шлехтрима, "Commentary on the UN Convention on the International Sale of Goods (CISG)", Art. 9, para. 8).

Сами же стороны должны о нем знать только в том случае, если их коммерческое предприятие находится в месте применения этого обычая или если стороны постоянно занимаются предпринимательской деятельностью в этой области (см. UNCITRAL Digest of case law on the United Nations Convention on the International Sales of Goods, A/CN.9/SER.C/DIGEST/CISG/9, para. 12).

[7] Соблюдение обычая

Некоторые авторы толкуют это положение как возможность существования известного обычая, которые не применяется теми или иными странами, вследствие различий в экономическом укладе или в связи с другими отдельными особенностями (см. Эндерляйна / Маскоу,
INTERNATIONAL SALES LAW; Шлехтрима, Uniform Sales Law - The UN-Convention on Contracts for the International Sale of Goods с дальнейшими ссылками и цитатами). Немецкий суд в своем решении (см. Oberlandesgericht Frankfurt, 5 июля 1995) установил, что обычай должен быть признан как в стране продавца, так и в стране покупателя, применение его лишь в одной из стран является недостаточным.

Автор комментария: ExC.

2. Комментарий ЮрЛит

Текст комментария Венской конвенции, опубликованный издательством «Юридическая литература» в 1994.

1. Множественность и разнородность обычных правил, различные их трактовки в национальном законодательстве и судебно-арбитражной практике порождают существенные правовые и чисто практические трудности при применении обычаев. Не однозначны и позиции о допустимости учета при регламентации сделок сложившейся практики взаимоотношений контрагентов. Соответствующие нормы Конвенции имеют важное значение, поскольку в них зафиксирован ряд единообразных подходов к обычаям и практике отношений сторон. В принципе не противореча нормам российского права, затрагивающим названные категории (п. 2 ст. 57, п. 3 ст. 59, пп. 2 и 3 ст. 63, ст. 64, п. 2 ст. 75, ст. 156 Основ), предписания Конвенции имеют более разработанный характер.

2. Отсутствие единства в подходе к обычным правилам в законодательстве, судебно-арбитражной практике и доктрине разных стран проявляется и при использовании различных терминов для их обозначения. В Основах 1991 г. говорится об обычаях делового оборота. Вместе с тем в российском праве' можно встретить и упоминание об обыкновениях. В отечественной правовой доктрине также употребляются термины "обычаи" и "обыкновение", которые часто смешиваются. В праве Англии и США применительно к торговым отношениям нередко взаимозаменяемо употребляются термины "custom" и "usage", в праве Франции — термины "coutume" и "usage". При этом нет единства в том, что понимать под обычным правилом, где лежит граница между приведенными понятиями. Термины "custom", "coutume" чаще все же используются для обозначения обычно-правовой нормы, под термином "usage" понимаются большей частью правила ненормативного характера. В Конвенции используются термины "обычай" в русском тексте и "usage" — в английском и французском текстах.

Терминологические расхождения связаны с различиями в методологическом подходе. В принципе, под термином "обычай" может пониматься не только правило, являющееся правовой нормой и применимое в качестве таковой (правовой обычай), но и правило, не являющееся правовой нормой, применимость которого базируется на том, что оно считается входящим в состав волеизъявления сторон по договору (обыкновение). Обычай как диапозитивная норма права применяется, если иное не установлено соглашением сторон. Что же касается обычая (обыкновения), то он применяется, если в договоре содержится ссылка на него либо если договор позволяет предположить намерение сторон руководствоваться тем или иным обычаем (обыкновением). Другими словами, обычаи подразделяются на правила, являющиеся нормами права и не являющиеся таковыми. Соответственно различаются и принципы, условия применения двух видов обычаев к договорам. Таков традиционный, пожалуй, подход к трактовке обычаев.

Вместе с тем если в теории можно с некоторыми оговорками провести четкую грань между обычаем — нормой права и обычаем, не являющимся нормой права, то на практике разграничить их гораздо сложнее. Наличие множества торговых обычаев, отклоняющихся от закона, порождает вопрос об обосновании юридической силы таких обычаев, заменяющих, по сути дела, закон. В результате в законодательстве, судебно-арбитражной практике, юридической литературе ряда иностранных государств принято толковать обычные правила исключительно или преимущественно как подразумеваемые условия договора (usage), входящие в состав волеизъявления сторон по сделке, без признания за обычаями силы норм права. Однако ссылка па подразумеваемую волю сторон как основание применения обычного правила нередко имеет чисто гипотетический характер, в особенности если речь идет о широко известных и постоянно соблюдаемых обычных правилах, которые на практике в большинстве случаев применяются, поскольку соглашением сторон не установлено иное, т.е., по существу, как диспозитивные нормы.

3. В свете этих соображений о возможных методологических подходах к обычаям становится яснее позиция Конвенции в отношении обоснования применения обычаев.

Во-первых, обычаи применяются, если есть договоренность об этом сторон (п. 1 ст. 9), и, во-вторых, они могут применяться и при отсутствии такой договоренности, достаточно лишь, чтобы в соглашении не было установлено иное; в этом случае считается, что стороны подразумевали применение к их договору или его заключению обычая (п. 2 ст. 9).

Здесь мы встречаемся с условиями применения обычных правил, вытекающими из самого договора. Нельзя, например, применить обычай, который противоречит договорным условиям, выраженным в сделке намерениям сторон, содержанию соглашения в целом.

Согласно п. 2 ст. 9, для того чтобы применить обычай, помимо того что он не может противоречить договору, необходимы следующие условия: он должен постоянно соблюдаться, быть широко известным, кроме того, необходимо, чтобы стороны знали или должны знать этот обычай.

Перечисленные критерии тесно связаны. Чем строже соблюдается обычное правило, тем больше оснований говорить о его известности. Однако если критерий "постоянное соблюдение" позволяет определить, существует ли вообще данный обычай (ведь постоянность соблюдения обычая — одна из его наиболее характерных черт), то критерий "широкая известность" помогает ответить на вопрос, можно ли существующий обычай применить к отношениям сторон.

4. Как видно из текста Конвенции, применение обычая может иметь место, лишь если стороны знали его или должны были знать. Проще всего решается вопрос о применении обычая, когда стороны знали о его существовании. Трудности могут возникнуть при определении, должна ли была одна из сторон знать обычай, на который ссылается другая сторона. Решение этого вопроса в первую очередь зависит от того, насколько широко известно данное обычное правило в международной торговле и как постоянно оно соблюдается. Здесь наглядно проявляется отмеченная выше взаимосвязь условий, наличие которых позволяет применить обычай. В конечном итоге на первый план выходит не субъективный критерий (фактическое знание или незнание обычая конкретным лицом), а объективный — широкая известность, постоянность соблюдения обычая.

Таким образом, согласно Конвенции, фактическое знание обычая, равно как и намерение им руководствоваться, необязательно. Для применения его в большинстве случаев будет вполне достаточно, что сторона по сделке должна знать о существовании обычая. Это еще раз показывает, что отсылка в Конвенции к подразумеваемой воле сторон носит, по сути дела, гипотетический характер и обычаи могут применяться во многих случаях независимо от их знания сторонами.

Применение обычаев независимо от знания их контрагентом допускается и в национальном праве, судебно-арбитражной практике отдельных стран. Назовем характерные случаи вероятного распространения действия обычая на лиц, с ним не знакомых: обычай, сложившийся на определенном рынке, может быть применен к лицам, заключающим сделку на этом рынке; обычай, существующий в торговле определенными видами товаров, может быть принят во внимание, если стороны регулярно торгуют этим товаром.

Для российского права, практики Арбитражного суда содержащееся в Конвенции требование знания сторонами обычая как необходимого условия его применения является в определенной степени новеллой. Использование этого критерия помогает избежать нежелательных правовых последствий, например, когда один партнер по сделке ссылается на неизвестный другому партнеру обычай сугубо локального характера и широко не распространенного в международной торговле. Положения Конвенции направлены как раз на ограничение применения такого рода обычаев.

5. Один из главных вопросов — соотношение обычаев и закрепленных в Конвенции норм. Что превалирует в случае возникновения коллизий — положения Конвенции или обычаи? Гаагские конвенции (подход которых к обычаям использован при формулировании соответствующих положений Венской конвенции) содержат положения, устанавливающие приоритет обычая над нормами Конвенций 1964 года.

В Венской конвенции прямого указания на этот счет нет. Вместе с тем не исключается возможность применения обычного правила даже при наличии соответствующей нормы в самой Конвенции. Такой вывод вытекает из ст.ст. 6 и 9 Конвенции. В соответствии со ст. 9 считается, что стороны подразумевали применение к договору обычаев, которые, таким образом, входят в состав волеизъявления сторон. Волеизъявление же сторон, как следует из ст. 6, может быть направлено на отступление от положений Конвенции (См., в частности: Honnold J. Op. cit. P. 179; В о n e 1 1. Op. cit. P. 104). Поскольку нормы Конвенции (за исключением случаев, предусмотренных в ст. 12 и касающихся письменной формы совершения сделок) носят диспозитивный характер, речь идет о допустимости отклонения обычных правил от диспозитивных норм международного договора.

Говоря о том, что не исключается применение обычая, отступающего от норм Конвенции, необходимо все же сделать некоторые оговорки. В соответствии со ст. 4 Конвенция, поскольку иное в ней прямо не предусмотрено, не касается действительности любого обычая. Этот вопрос должен решаться на основании норм применимого национального права, которое может отрицательно относиться к признанию юридически действительными обычаев, противоречащих нормам закона. К тому же на практике суды и арбитражи предъявляют более строгие требования к доказыванию обычного правила при наличии соответствующей нормы закона или прецедента (где признается эта форма выражения права), чем при отсутствии таковой, и обычай может быть признан недоказанным.

Так как действительность обычая является одним из условий его применения, можно сказать, что признаки и условия применения обычного правила урегулированы в самой Конвенции (и из них следует исходить при установлении факта существования и возможности применения обычая), за исключением одного важного условия —действительности обычая, которая определяется на основе применимого права.

6. Рассмотрим теперь, как и для чего можно применить обычные правила по Конвенции. Обычай можно применять при толковании волеизъявления стороны ("заявления или иного поведения" — см. ст. 8). Эта прямо названная в Конвенции форма применения обычаев не является единственно возможной.

Анализ практики Арбитражного суда показывает, что обычаи применяются не только для толкования условий договора или отдельных использованных в нем выражений и терминов, но и для разрешения вопросов, не нашедших отражения в сделке. Такой подход соответствует упоминавшимся выше нормам Основ 1991 года. Аналогично решается данная проблема, например, и в праве Англии и Франции, где обычные правила могут использоваться для толкования договора и для его дополнения. В праве же США обычное правило в сфере торговли может, кроме того, ограничивать ("to quality") условия соглашения, в том числе и прямо выраженные (п. 3 ст. 1-205 ЕТК). Следовательно, сфера применения обычаев по праву США несколько шире. В этой связи может стать актуальной проблема достижения единообразия в формах и области применения обычаев на основе Конвенции.

По смыслу ст. 7, которая посвящена толкованию самой Конвенции и разрешению вопросов, относящихся к предмету ее регулирования, но прямо в ней не разрешенных, можно также допустить возможность использования для этих целей и обычаев. Заметим, что при толковании и восполнении пробелов международного договора или закона обычаем одновременно может происходить толкование и дополнение договора. Эти проблемы, таким образом, бывают довольно тесно связаны.

7. Наряду с вопросами применения обычаев Конвенция предусматривает, что стороны связаны "практикой, которую они установили в своих взаимных отношениях" (п. 1 ст. 9). Имеется в виду особая правовая категория, отличающаяся от обычая прежде всего тем, что это сложившаяся практика взаимоотношений между данными сторонами. Она упоминается и в п. 3 ст. 8, который предусматривает ее применение для толкования волеизъявления стороны.

Эта категория известна национальному законодательству ряда стран, включая Россию, она широко используется в судебно-арбитражной практике, в том числе и в практике международного коммерческого арбитража.

Предписания Конвенции отражают то немаловажное обстоятельство, что практика взаимоотношений самих контрагентов, которая прямо не зафиксирована в договоре, тем не менее может учитываться при определении прав и обязанностей сторон.

Источник публикации: Венская конвенция о договорах международной купли-продажи товаров Комментарий [М. М. Богуславский и др.], М.: Юрид. лит., 1994.

3. Судебные решения

Выборка решений судов из применения ст. 9 Конвенции. Всего решений: 1.

Работы по наполнению базы данных продолжаются. Количество дел будет увеличиваться с течением временим.

4. Сборник ЮНСИТРАЛ на русском языке

Краткий сборник ЮНСИТРАЛ по прецедентому праву, касающемуся Конвенции Организации Объединенных Наций о международной купле-продаже товаров, на русском языке (см. прим.)

редакция 2004 года (PDF, размер файла — 236 kB);

редакция 2008 года (PDF);

редакция 2012 года (PDF, полностью).

См. также: база данных ООН «Прецедентное право по текстам ЮНСИТРАЛ» (ППТЮ) — полнотекстовая выборка решений из применения ст. 9.

Примечание:

(1) Краткий сборник подготовлен Комиссией Организации Объединенных Наций по праву международной торговли (ЮНСИТРАЛ) с использованием полных текстов решений, которые цитируются в выдержках (см. п. 6) из дел, вошедших в сборник «Прецедентное право по текстам ЮНСИТРАЛ» (ППТЮ), и других указанных в сносках источников. Выдержки даются лишь как резюме соответствующих судебных решений и могут отражать не все вопросы, затрагиваемые в сборнике. Читателям рекомендуется не ограничиваться выдержками из ППТЮ и ознакомиться с полными текстами упоминаемых судебных и арбитражных решений.

(2) Сборник публикуется на сайте www.cisg.ru с разрешения UNCITRAL (для редакции 2004 года).

(3) Также скачать Сборник полностью в виде dmg-архива (Mac OS); редакция 2004 г.

(4) Прямые ссылки на Сборник на сайте UNCITRAL: редакция 2004 года, редакция 2008 года.

(5) В целях облегчения поиска судебного решения, связанного с применением Конвенции, ЮНСИТРАЛ подготовила тезаурус по Венской конвенции (док. № A/CN.9/SER.C/INDEX/1) и осуществляет ведение предметного указателя для текста CISG (док. № A/CN.9/SER.C/INDEX/2/Rev.3).

(6) ЮНСИТРАЛ публикует Выдержки из решений судов, связанных с применением ее текстов. Указанные сборники имеют номер A/CN.9/SER.C­/ABSTRACTS/..., где вместо многоточия указывается порядковый номер выпуска. По ссылке — список публикаций «ППТЮ — выдержки».

5. Иные обзоры судебной практики

Судебная практика из базы Pace Law School

Судебная практика из базы ЮНИЛЕКС

Поиск судебных решений в базе CISG-Online

6. Библиография

  • Белов В.А., Торговые обычаи как источники международного торгового права: содержание и применение. В: Известия высших учебных заведений. Правоведение, № 1. С. 58-107, 2013 — [243].
  • Диковская И.А., Применение правовых обычаев к международным частным договорным отношениям. В: Вестник Пермского университета. Юридические науки, № 1, С. 305-312, 2014 — [264].
  • Михайлов Н.Н., Принципы в правовом регулировании международной купли-продажи товаров. В: Арбитражный и гражданский процесс , № 12. С. 44-47, 2011 — [142].
  • Николюкин С.В., Систематизация и стандартизация международных торговых обычаев (на примере ИНКОТЕРМС 2010). В: Юрист, № 6. С. 12-17, 2013 — [247].

Последние изменения: Wed, 29 May 2013 08:01:03.

Версия 4.0 (2013) ©международная редакция CISG.ru, 1999—2017